«Сиракузянки, или Праздник Адониса»

   
   Поэзия идиллическая у нас, как и в новейших литературах европейских,
ограничена тесным определением поэзии пастушеской; определение ложное. Из
него истекают и другие, столько же неосновательные мнения, что поэзия
пастушеская (т. е. идиллии и эклоги) в словесности нашей существовать не
может, ибо у нас нет пастырей, подобных древним, и проч. и проч.
   Идиллия греков, по самому значению слова, {????????? происходит от
????? - _вид_, и есть слово уменьшительное, так сказать, _видик_.} есть
_вид, картина_, или то, что мы называем _сцена_; но сцена жизни и
пастушеской, и гражданской, и даже героической. Это доказывают идиллии
Феокрита, поэта первого, а лучше сказать - единственного, который, в сем
особенном роде поэзии, служил образцом для всех народов Запада. Хотя не он
начал обрабатывать сей род, но он усовершенствовал его, приблизив боле к
природе. Заняв для идиллий своих формы из мим - сценических представлений,
изобретенных в отечестве его Сицилии, он обогатил их разнообразием
содержаний; но предметы для них избирал большею частию простонародные, чтобы
пышности двора Александрийского, при котором жил, противопоставить мысли
простые, народные, и сею противоположностью пленить читателей, которые были
вовсе удалены от природы. Двор Птоломеев совершенно не знал нравов пастырей
сицилийских; картины жизни их должны были иметь для читателей идиллий
двоякую прелесть - и по новости предмета и по противоположности с чрезмерною
изнеженностью и необузданною роскошью того времени. Сердце, утомленное
бременем роскоши и шумом жизни, жадно пленяется тем, что напоминает ему
жизнь более тихую, более сладостную. Природа никогда не теряет своего
могущества над сердцем человека.
   Везде, где общества человеческие доходили до предела, на котором был
тогда Египет, поэты также пытались производить подобные противоположности.
Но одни греки умели быть вместе и естественными и оригинальными. Все другие
народы хотели улучшивать или по-своему переиначивать самую природу: чувство
заменяли чувствительностью, простоту - изысканностью. У римлян несколько раз
пытались представить горожанам картины жизни сельской. Идиллиями начал свое
поприще Виргилий; но несмотря на прелесть стихов, он остался позади
Феокрита; пастухи его большею частью ораторы. Калпурний и другие из римлян
подражали Виргилию, не природе.
   В литературах новейших времен, особенно в итальянской, когда все роды
поэзии были испытаны, являлось множество идиллий посреди народа
развращенного; но как мало естественности в Санназаро, какая изысканность в
Гварини! О французах и говорить нечего.